АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Томский областной суд в составе:

председательствующего судьи Кина А.Р.,

при помощнике судьи В.,

с участием: прокурора Буэль И.В.,

подсудимого Х.,

его защитника – адвоката Стороженко А.В.,

рассмотрел в открытом судебном заседании материалы уголовного дела по апелляционному представлению старшего помощника прокурора ЗАТО г. Северск Томской области Высоцкой Е.И., апелляционной жалобе подсудимого Х. на постановление Северского городского суда Томской области от 27 августа 2025 года, которым уголовное дело в отношении

Х., /__/,

возвращено прокурору ЗАТО г. Северск Томской области для устранения препятствий его рассмотрения судом.

Изучив материалы уголовного дела, заслушав выступление прокурора Буэль И.В., поддержавшей апелляционное представление, мнение адвоката подсудимого Х. и его защитника – адвоката Стороженко А.В., поддержавших доводы апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции

УСТАНОВИЛ:

Как следует из материалов уголовного дела, органом предварительного следствия Х. обвиняется в совершении преступления, предусмотренного ч.4 ст. 159 УК РФ.

28 декабря 2024 года уголовное дело по обвинению Х. поступило в Северский городской суд Томской области для рассмотрения по существу (т. 21 л.д.141).

27 января 2025 года Северский городской суд Томской области, не усмотрев препятствий для рассмотрения дела по существу, назначил судебное заседание на 7 февраля 2025 года и с февраля 2025 года рассматривал дело по существу обвинения.

В ходе рассмотрения уголовного дела сторона защиты заявила ходатайство о возвращении уголовного дела прокурору по мотиву наличия препятствий его рассмотрения в суде.

Постановлением Северского городского суда Томской области от 27 августа 2025 года уголовное дело по обвинению Х. в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 159 УК РФ возвращено прокурору ЗАТО г. Северск Томской области для устранения препятствий его рассмотрения судом.

Не согласившись с вынесенным судом решением, старший помощник прокурора ЗАТО г. Северск Томской области Высоцкая Е.И. внесла на него апелляционное представление, а подсудимый Х. обжаловал его в апелляционном порядке.

В апелляционном представлении прокурор указывает, что постановление является незаконным и подлежащим отмене в связи с существенным нарушением уголовно-процессуального закона и неправильным применением уголовного закона. Считает, что выводы суда, изложенные в постановлении, не находят своего подтверждения, обвинительное заключение составлено в соответствии с УПК РФ и не исключает возможность постановления судом приговора или вынесения иного решения. Отмечает, что в предъявленном обвинении Х., а также в обвинительном заключении отражены и доказаны материалами уголовного дела события преступления. Отмечает, что доводы суда об отсутствии в предъявленном Х. обвинении и обвинительном заключении указания на пункты Устава /__/ - организации, директором которой он являлся, не основаны на фактических обстоятельствах уголовного дела, и противоречат содержанию обвинительного заключения, в котором подробно отражены полномочия Х., закрепленные в /__/. При этом, отмечает, что поскольку совершенные Х. действия стали возможными лишь в связи с тем, что он обладал статусом директора /__/, то органами предварительного следствия обоснованно указано на пункты /__/, наделяющего его определенными правами, и ссылка на его полномочия в /__/ в данном случае не требуется, поскольку данное обстоятельство является предметом судебного разбирательства по иному уголовному делу в отношении Х., Х., Т., и не входит предмет доказывания по настоящему уголовному делу.

Полагает, что доводы суда о противоречивости формулировки обвинения в части вопроса о том, в чем конкретно выражался обман и противоправность действий Х., если он выполнял обязательства перед отдельными гражданами по возврату ранее переданных в /__/ личных сбережений, не свидетельствуют о невозможности вынесения приговора, поскольку мошеннические действия Х. выражались и в других действиях, таких как сообщение гражданам информации о благонадежности /__/, совершение действий по убеждению вступить и внести в него денежные средства под высокий процент, не имея реальной возможности вернуть их.

Указывает, что доводы суда об отсутствии в обвинительном заключении сведений о реальной возможности распорядиться внесенными гражданами денежными средствами не соответствует действительности, поскольку из содержания, предъявленного Х. обвинения и обвинительного заключения следует, что похищенными денежными средствами он распорядился по своему усмотрению. В подтверждение своих доводов приводит положения п. 5 Постановления Пленума ВС РФ от 30 ноября 2019 года №48 «О судебной практике по делам о мошенничестве, присвоении и растрате».

Просит постановление отменить, направить уголовное дело в отношении Х. на новое судебное рассмотрение.

В дополнительном апелляционном представлении прокурор указывает, что согласно фабуле обвинения Х., являясь руководителем /__/ давал поручения сотрудникам и подчиненным, не осведомленным о его преступных намерениях, путем обмана, выразившегося в сообщении гражданам ложных сведений относительно исполнения принятых /__/ обязательств и злоупотребления доверием, выразившегося в убеждении граждан, уже вступивших в состав пайщиков /__/, о стабильности работы /__/, и необходимости продолжения внесений сбережений гражданами. Отмечает, что по смыслу положений ст. 22 Федерального закона от 18.07.2009 №190-ФЗ «О кредитной кооперации» единоличным исполнительным органом кредитного кооператива является председатель кредитного кооператива, директор, который в рамках своих полномочий может давать указания и распоряжения сотрудникам, и дополнительная ссылка на пункты Устава /__/ не требуется.

Обращает внимание на то, что выполнение обязательств перед отдельными гражданами по возврату ранее переданных в /__/ личных сбережений, является элементом обмана, одним из способов хищения денежных средств в связи с чем, формулировки обвинения противоречий не содержат.

Указывает, что денежные средства вносились гражданами-пайщиками в кассу /__/, единственным управомоченным лицом которого, и имеющим доступ к кассе являлся Х.

Просит постановление отменить, направить уголовное дело в отношении Х. на новое судебное рассмотрение.

В апелляционной жалобе подсудимый Х. выражает несогласие с обжалуемым постановлением. Указывает, что Х. при рассмотрении ходатайства адвоката Стороженко А.В. достоверно не понимал, что уголовное дело возвращается прокурору фактически для восполнения неполноты следствия и принятию мер по установлению деяния.

Отмечает, что, исходя из неточности обвинения, содержащего противоречия, создающего неопределенность в его понимании на стадии судебного следствия невозможно выполнить требования ст. 252 УПК РФ, что является прямым нарушением права подсудимого знать, понимать возражать и осуществлять свою защиту против предъявленного обвинения. Указывает, что, исходя из сложившейся судебной практики «размытое», неточное обвинение подлежит рассмотрению судом по существу с вынесением оправдательного приговора

Отмечает, что в обвинительном заключении указаны существо обвинения, наступившие последствия, размер причиненного ущерба каждому из потерпевших, иные обстоятельства, имеющие значение для уголовного дела, перечень доказательств стороны обвинения и стороны защиты, приведена формулировка предъявленного обвинения с указанием части и статьи УК РФ, предусматривающего ответственность за инкриминируемое преступление. Полагает, что доводы защитника о неконкретизированности предъявленного обвинения и не полном установлении события преступления, не свидетельствуют о препятствии постановления итогового решения по делу поскольку при вынесении обвинительного приговора, если суд придет к выводу о виновности лица в совершении преступления, он вправе признать предъявленное обвинение в какой-либо части необоснованным и исключить его, если это не ухудшает положение подсудимого, не нарушает его право на защиту, а в случае, если суд придет к выводу о размытости обвинения, о недоказанности вины Х., и не установлении события преступления, то в соответствии с ст. 306 УПК РФ, он вынесет оправдательный приговор.

Указывает, что фактическое поведение и позиция государственного обвинителя при рассмотрении ходатайства защитника о возвращении уголовного дела прокурору свидетельствует о подтверждении «размытости» и «неясности» обвинения, и не установления события преступления, что является основанием для вынесения оправдательного приговора или прекращения уголовного преследования в связи с полным или частичным отказом государственного обвинителя от обвинения в соответствии с ч.7 ст. 246 УПК РФ.

Просит постановление отменить, уголовное дело по обвинению Х. в совершении преступления, предусмотренного ч.4 ст. 159 УПК РФ вернуть в Северский городской суд Томской области для рассмотрения по существу.

Проверив материалы уголовного дела, выслушав участников процесса, обсудив доводы апелляционного представления и апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

В соответствии со ст. ст. 389.15, 389.17 УПК РФ, основаниями отмены судебного решения судом апелляционной инстанции являются существенные нарушения уголовно-процессуального закона, которые путем лишения или ограничения гарантированных прав участников уголовного судопроизводства, несоблюдения его процедуры или иным путем повлияли или могли повлиять на вынесение законного и обоснованного судебного решения.

Такое существенное нарушение уголовно-процессуального закона допущено судом первой инстанции.

Согласно требованиям, п. 1 ч. 1 ст. 237 УПК РФ, судья по ходатайству стороны или по собственной инициативе возвращает уголовное дело прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом, если обвинительное заключение, обвинительный акт или обвинительное постановление составлены с нарушением требований УПК РФ, что исключает возможность постановления судом приговора или вынесения иного решения на основе данного заключения, акта или постановления.

Таким образом, возвращение дела прокурору может иметь место в случае допущенных в досудебном производстве по уголовному делу существенных нарушений, которые невозможно устранить в ходе судебного разбирательства, и, соответственно, имеет целью приведение процедуры предварительного расследования в соответствие с требованиями, установленными уголовно-процессуальным законом.

В соответствии с правовой позицией Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в Определении от 27 февраля 2018 года N 274-0, возвращение уголовного дела прокурору для устранения препятствий к его судебному рассмотрению может иметь место лишь в случае, если допущенное органами предварительного расследования процессуальное нарушение является таким препятствием для рассмотрения дела, которое суд не может устранить самостоятельно и которое исключает возможность постановления законного и обоснованного приговора.

Согласно ч. 1 ст. 220 УПК РФ обвинительное заключение должно содержать существо обвинения, место и время совершения преступления, его способы, мотивы, цели, последствия и другие обстоятельства, имеющие значение для данного уголовного дела, а также формулировку предъявленного обвинения с указанием пункта, части, статьи УК РФ, предусматривающих ответственность за данное преступление.

Как обоснованно указано в апелляционном представлении, приведенное судом в постановлении основание для возвращения уголовного дела прокурору не свидетельствует о нарушении требований, предъявляемых к форме и содержанию обвинительного заключения, что могло бы являться основанием для возвращения дела прокурору в порядке п. 1 ч. 1 ст. 237 УПК РФ.

Как следует из представленных материалов уголовного дела, в обвинительном заключении указаны существо обвинения, место, время и способ совершения преступления, приведена формулировка предъявленного обвинения с указанием части и статьи Уголовного кодекса Российской Федерации, предусматривающей ответственность за инкриминируемое Х. преступление.

В обвинительном заключении подробно отражены полномочия Х., закрепленные в Уставе /__/. Вместе с тем, в силу ст. 22 Федерального закона от 18.07.2009 № 190-ФЗ «О кредитной кооперации» единоличным исполнительным органом кредитного кооператива является председатель кредитного кооператива (председатель правления кредитного кооператива), который в рамках своих полномочий может давать указания и распоряжения сотрудникам кооператива. При таких обстоятельствах дополнительная ссылка на конкретные пункты правоустанавливающих документов /__/ является излишней.

Доводы суда о противоречивости формулировки обвинения в части вопроса о том, в чем конкретно выражался обман и противоправность действий Х., если он выполнял обязательства перед отдельными гражданами по возврату ранее переданных в /__/ личных сбережений являются не состоятельными, поскольку выполнение обязательств перед отдельными гражданами по возврату ранее переданных в /__/ личных сбережений, по утверждению обвинения, является элементом обмана, одним из способов хищения денежных средств, поэтому обоснованность доводов обвинения является элементом оценки суда с точки зрения доказанности и обоснованности обвинения по итогам судебного разбирательства.

Из материалов дела следует, что Х. являлся директором /__/, единолично имел доступ к кассе /__/, вследствие чего доводы о невозможности Х. распорядиться похищенными денежными средствами, перечисляемыми гражданами-вкладчиками в кассу /__/ являются предметом доказвания и предметом оценки суда.

Кроме того, суд первой инстанции, принимая решение о возвращении уголовного дела прокурору по указанным основаниям, не учел, что установление события преступления (время, место, способ и другие обстоятельства совершения преступления), виновность лица в совершении преступления, форма его вины и мотивы, в числе иных указанных в ч. 1 ст. 73 УПК РФ обстоятельств совершения преступления, возложено не только на органы следствия, но и на суд. Изложенные в постановлении суда обстоятельства, которые, по мнению суда, свидетельствуют о необходимости возвращения дела прокурору, подлежат исследованию при рассмотрении дела по существу и последующей оценке судом.

Таким образом, решение о возвращении уголовного дела прокурору не отвечает требованиям ст. 7 УПК РФ, а также принято судом без учета того, что обвинение, предъявленное Х., в том виде как оно сформулировано в обвинительном заключении, не препятствовало суду вынести решение, отвечающее требованиям законности и справедливости. К этому же выводу пришел и Северский городской суд Томской области 27 января 2025 года, указав, что оснований для проведения предварительного слушания не имеется (т. 21 л.д. 146).

При установленных обстоятельствах суд апелляционной инстанции находит доводы апелляционного представления прокурора убедительными, подлежащими удовлетворению, а судебное решение подлежащим отмене с передачей уголовного дела на новое судебное разбирательство в суд первой инстанции.

На основании изложенного, и руководствуясь ст. ст. 389.13, 389.15, 389.17, 389.20, 389.22, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

постановил:

Постановление Северского городского суда Томской области от 27 августа 2025 года о возвращении уголовного дела в отношении Х. прокурору в порядке ст. 237 УПК РФ отменить.

Дело направить на новое рассмотрение в тот же суд иному судье со стадии судебного разбирательства.

Апелляционное представление государственного обвинителя и апелляционную жалобу подсудимого Х. удовлетворить.

Апелляционное постановление вступает в законную силу с момента его провозглашения и может быть обжаловано в порядке, установленном главой 47.1 УПК РФ, в Восьмой кассационный суд общей юрисдикции.